— Ничего нового с тех самых пор, как король с войском переправился через реку и осадил город. Быть может, скоро что-нибудь и узнаем, если хоть кто-то успел вырваться из окружения и проследует через наши места. Однако, насколько мне известно, гарнизон принял все меры, чтобы как следует запастись провизией, и я уверен, что они растянут свои запасы на много недель.

Осада — это не что иное, как медленное удушение, а король Стефан никогда не отличался особым терпением и усидчивостью. Чего доброго, ему наскучит дожидаться, пока враги оголодают, и он снимет осаду, предпочтя заняться поисками более быстрого способа добиться успеха. Так уже бывало и вполне могло случиться вновь.

Отбросив мысли о недостатках нрава своего высокородного сеньора, Хью направился через широкий монастырский двор прямо к аббатским покоям, намереваясь оторвать отца Радульфуса от любовно лелеемых им роз, которые, впрочем, уже подвяли в эту пору года.

Брат Кадфаэль, вернувшись из приюта святого Жиля, занялся делами в своем сарайчике, сортируя семена бобов для посадки на будущий год. В это время Хью закончил беседу с аббатом и направился прямым ходом к старому другу. Узнав его быструю, легкую походку, — звуки шагов были хорошо слышны на гравийной дорожке, — Кадфаэль приветствовал его, даже не повернув головы.

— Брат-привратник предупредил, что ты зайдешь ко мне, — сказал он. — Какие новости? Что слышно из Оксфорда?

— Оттуда ничего, — коротко ответил Хью, усаживаясь поудобней на лавку, стоявшую подле бревенчатой стены. — Зачем далеко ходить? Новости у нас под боком, в Итоне. Умер Ричард Людел. Сегодня утром от старой леди прибыл грум с известиями. Сын-то Людела находится у вас, при школе.

Только теперь Кадфаэль повернулся, держа в руке глиняную миску, полную бобов, которые были высушены еще в плетях.